hewvey

Дорогие друзья,

Мне пишут очень много вопросов о том, как в Канаде работать в сфере психологического консультирования людям с психологическим образованием из России, Украины, Белоруссии и других стран СНГ.

Мы с моей коллегой Еленой Султановой готовы поделиться нашим опытом - мы обе прошли этот путь успешно, но это потребовало много времени и сил.

Мы будем рады поделиться полезной информацией и тем, как можно преодолеть сложности и барьеры на этом пути.

Вебинар состоится в среду, 30 марта в 20-00 по Москве.

Форма для записи по ссылке ниже.

https://docs.google.com/.../1FAIpQLSe9CIl8KCo.../viewform...

Условие участия - поддержка одной из благотворительных организаций из списка, который мы предложим (детали будут в рассылке).  

Участие для коллег из Украины - бесплатно.

С уважением,

Ольга Щедринская

Системный семейный терапевт

Masters in Counselling Psychology

Registered Clinical Counsellor, Canadian Certified Counsellor

Counselling.ca

Я для себя выделяю три вида стыда.

1. Стыд, связанный с нормами и правилами поведения в обществе, которые я нарушил, и это стало известным другому. Это стыд, связанный с застигнутостью за чем-то осуждаемым. Я напилась на вечеринке, и мне стыдно. Я пью дома, и мне не так стыдно, но в целом, тоже стыдно, так как я знаю, что это осуждается обществом. Я не свои ценностные и этические нормы нарушаю, а общественные. Этот стыд связан с тем, какая я. Он ставит под угрозу мою принадлежность обществу. Он всегда социален. Он может не быть никак связан с моим собственным этическим кодексом. Обычное следствие такого стыда – застревание в «паутине стыда»: в изоляции, одиночестве, бессилии (B. Brown, 2006, Shame Resilience Theory: A Grounded Theory Study on Women and Shame). 

2. Стыд, связанный с тем, что я нарушил свой собственный этический кодекс, свои ценности, я совершил что-то, что противоречит моим этическим ценностям. Для этого не нужен свидетель. Я сам являюсь свидетелем своих поступков и сам их оцениваю. 

Изучая, почему люди не обращаются за помощью (разного рода и в разных сферах), было обнаружено, что одна из причин – это восприятие проблемы как ключевой для эго (ego central). Ключевая для эго проблема та, которая связана с качествами, с которыми человек себя тесно ассоциирует, которые, как человеку кажется, отражают его. Например, для человека очень важен стоицизм, независимость, возможность самому справляться с проблемами, самому найти решение. Или решение проблемы ассоциируется с когнитивными способностями, которые являются важной характеристикой человека относительно самого себя. Или идея «я здоров, у меня никогда ничего не болит / не ломается». Конструкции могут быть очень разные, они могут затрагивать физические характеристики человека, психологические, социальные, его гендерную идентификацию и т.п. В то же время если проблема воспринимается как вызванная внешними факторами, то человек скорее обратится за помощью, так как внешние причины менее связаны с личностными характеристиками. Например, пишут Cole & Ingram (2020), мужчины вероятнее обратятся за помощью в случае депрессии, если она связана с внешними факторами (смерть члена семьи), нежели если она связана с внутренними факторами (одиночество, неуспешность). 

В 2008 году Adams и Govender провели интересное исследование по изучению взаимосвязи перфекционизма и традиционной маскулинной идеологии (Adams, L. A., & Govender, K. (2008). Making a Perfect Man: Traditional Masculine Ideology and Perfectionism among Adolescent Boys. South African Journal of Psychology, 38(3), 551-562). По данным их исследования, перфекционистские черты (стремление к исключительным достижениям, к первому месту, контролю над деятельностью, сильный страх поражения) плотно переплетены с традиционной мужской идеологией (стремление к самодостаточности, состязательность, эмоциональная сдержанность и неуязвимость, контроль, страх неудачи и не мужественности). Лозунгом гендерной мужской социализации является "be the best you can", достигни успеха в каждой сфере жизни. Именно максимальный успех позволяет заслужить уважение окружающих, особенно других мужчин. 

На мой взгляд, то, что есть в нашей жизни, из чего состоит наша жизнь, - это то, до чего мы смогли дотянуться, взять и удержать. Не то, чего мы заслужили, чего мы достойны, чего мы хотим или чего мы боимся. Не то, что мы «притянули». А то, что мы потянули. 

Говорят, у нас есть то, что мы «хотим» (а то, чего «не хотим», нет). Но что создает наше «хочу», если не круг возможностей, мнимых или реальных? Мозг может прекрасно «не хотеть» то, до чего мы не можем дотянуться. Можно это называть законом сохранения энергии, защитным механизмом, зеленым виноградом или прагматизмом. 

Говорят, у нас есть то, что мы притянули своими страхами. Но если это так, почему не все наши страхи осуществляются? Почему не рушатся мосты под ногами, когда ноги немеют от страха высоты? Почему конференц-зал не становится пустым, потому что вся аудитория встала и вышла, когда мы охрипшим голосом читаем доклад? Почему, когда человек считает себя последним ничтожеством, кто-то протягивает ему руку? Почему зачастую жизнь раз за разом доказывает нам, что многие наши страхи беспочвенны? 

Говорят, у нас есть то, что мы особым образом сформулировали («Хорошо, мужик, у тебя все БЫЛО»). Но к нам в жизнь приходит и то, что мы никогда не формулировали и не запрашивали. То, о чем мы даже не думали и не желали. 

У меня исторически не очень хорошо с треугольником Карпмана, и я легко попадаю если не в позицию спасателя, то в знакомые для спасателя чувства. Мне часто видятся неспособные помочь себе люди, которым нужен патерналистский подход. Патерналистский подход мне, с одной стороны, ценностно чужд, и я не верю, что он хорошо работает и действительно решает социальные проблемы. С другой стороны, в глубине души мне страшно, что без него станет хуже. И я думала, что же с этим сделать, как мне с этим справиться.

Один вариант - можно опираться на законодательство. По законодательству РФ, например, ты дееспособен, пока не признан недееспособным. То есть, до тех пор пока ты считаешься дееспособным, ты можешь принимать решения / не принимать решения, с которыми всем остальным придется считаться и уважать их. Даже если они делают тебя глубоко несчастным и разрушают твою жизнь, здоровье и благополучие. То есть, человек по умолчанию считается дееспособным и способным отвечать за себя и свои решения.

В то же время, есть люди, которые при том, что считаются дееспособными, как-то катастрофически не умеют управлять лодкой своей жизни. В силу психических заболеваний, травм, аддикций, расстройств адаптации, нехватки соц навыков, тяжелых жизненных условий и др. причин. Им сложно принимать (правильные) жизненные решения, предпринимать важные шаги, что-то менять. Им трудно даются значительные выборы. Но они могут делать маленькие выборы. Есть довольно много ситуаций, в которых можно делать маленькие выборы. Которые доступны. И которые иногда не воспринимаются как доступные и как выборы. Но это все-таки они. Это второй вариант - видеть, что даже тогда, когда человек не в состоянии сделать значительный шаг, он тем не менее может сделать маленький шажок. Шаг - это не только буквально шаг, это любое действие, включая мыслительное. Человек может не уметь решать какую-то проблему, но он может обратиться за помощью. Или если помощь предложена, он может ее принять и попытаться решить проблему. Всегда есть что-то, что доступно. Менять характер трудно, трудно сглаживать острые углы личности. Но можно учиться контролировать какой-то ее аспект.

В социуме человек часто находится как бы в контексте больших шагов. Брось пить, слезь с иглы, разведись с ним, найди новую работу, найди другую, соберись и перестань ныть. И за этим контекстом трудно видеть, что человек на самом деле гораздо больше живет в реальности маленьких шагов. Ежедневно принимая мелкие решения по поводу множества вещей. Про это strength-based approach, ключ которого - понимание, что у человека есть сильные качества, которые он может использовать. Про это также Harm reduction approach, который опирается на то, что если вред невозможно в данный момент устранить, его можно уменьшить, поддерживая маленькие шаги. Этот подход применяется в работе с аддикциями, но теоретически его можно использовать и применительно к отношениям, которые тяжелы и из которых трудно / невозможно выйти. И еще мне в этом плане нравится то, что в законодательстве Британской Колумбии отсутствует такое понятие как incapability (недееспособность) в целом. Существует incapability относительно конкретных отдельных вещей. Например, можно быть неспособным принимать решение относительно здоровья, но быть способным принимать финансовые решения. Человек в каждый момент времени считается способным на какой-то элемент всего спектра решений относительно своей жизни.

Marcia (1966) выделяет в процессе становления личности два важных компонента – исследование (exploration) и принятие решения (commitment). В процессе исследования подросток исследует себя и среду на предмет того, какие качества ему присущи, какие у него ценности, желания, цели, какие есть возможности реализации этих целей и осуществления желаний, насколько они достижимы, что он умеет делать, что надо развить, что лучше скорректировать, кем хочется стать, на кого хочется быть похожим, к чему это приведет. 

Закончив процесс исследования, на основе его результатов подросток принимает некие решения: хочу стать таким, хочу добиться этих целей - и двигается в этом направлении. Принятие решения (commitment) – это совершение неких выборов относительно важных для становления личности вещей. 

Этот процесс, по идее, не имеет четких рамок, он цикличен: закончив с одними целями и желаниями, человек переходит к другим. Итог реализации целей и желаний оказывает влияние на его представление о себе – он либо убеждается, что он такой, каким представлял себя, двигается в расширение представлений о себе, либо меняет представления о себе. И ставит другие цели. Исследует мир дальше, исследует себя, корректирует снова цели в соответствии с жизненными обстоятельствами, опытом, ситуацией и т.д. 

В Американской психологической ассоциации недавно было опубликовано исследование, которое призвано расширить представление о том, что такое благополучная или хорошая жизнь (good life or well-being). 

Концепций о том, что из себя представляет хорошая жизнь, всегда было предостаточно, в зависимости от культурно-исторического контекста и доминирующих дискурсов в обществе. Авторы ссылаются на два основных представления о well-being - это pleasurable life (или попросту happiness), жизнь, в которой человек наслаждается наличием благ в его распоряжении: возможностью не бедствовать, вкусно есть, отдыхать, тратить деньги на удовольствия, путешествовать, иметь хороший дом и хорошую машину и позитивный взгляд на жизнь. Это представление теснее всего связано с удовлетворенностью жизнью. Второй вид — это meaningful life, жизнь, в которой человек реализует свой потенциал, достигает оптимального функционирования, имеет возможность делать нечто значимое и приносить пользу другим людям. 

Авторы предлагают третий вариант, который в их исследовании все респонденты включили в их представления о well-being, — это психологически насыщенная жизнь (psychologically rich life). Под психологически насыщенной жизнью авторы понимают жизнь, содержащую 1) разнообразный и интересный опыт, 2) позволяющий человеку менять представления о жизни, себе, мире.