Вело-Корея 2024 (20)
Пеший день в Чончжу (продолжение предыдущей записи).
Отобедав, обошёл ворота Пхуннаммун (풍남문, 豊南門) – единственные сохранившиеся ворота, что указывают современнику на то, что прежде Чончжу был городом-крепостью (N35.81356° E127.14752°). Спросите, как же в них входить и въезжать, когда они за стеной? Перед воротами построена округлая стена, онсон (옹성, 甕城), поэтому, для того, чтобы пройти сквозь основной проём ворот, нужно было зайти с левой стороны в небольшой дворик... и со стен онсона получить дождь стрел из луков. Впрочем, это если ты — враг.
Не моя картинка, но так будет понятнее устройство ворот и этого своеобразного барбакана:
На площади подошёл к скульптурной композиции на тему вианбу. Она - напоминание об унижении человеческого достоинства кореянок, превращённых в «женщин для утешения», что имело место во время японского колониального правления. Такие памятники сейчас можно много где встретить. Тем, кто хочет знать больше, порекомендую хорошую статью.
На несколько минут заглянул городскому рынку (N35.81324° E127.14658°), но не стал заходить под его крышу, а прошёлся по «переулку хлама» – комульчжа кольмок (고물자골목) – небольшому «блошиному рынку». Я захожу в такие места, чтобы поглядеть на разные старые вещи – отпечаток былых дней этой страны. Здесь ассортимент был уже современным, большинство вещей – новые, хоть и довольно архаичные по сути. Ну кто сейчас пользуется такими проводными телефонными аппаратами и кассетными магнитолами?
Я же внезапно отыскал там то, что мне было на самом деле нужно: семена периллы для посадки. На рынках продают килограммами, мне же был нужен качественный посевной материал в лабораторных объёмах и удобной упаковке.
В туристической части города автоматы продают архаичные плёночные фотоаппараты-мыльницы и фотоплёнку. Надо же, «мыльницы» ещё в ходу! И всё это, когда даже у древних старух смартфоны с раскладными экранами и несколькими камерами со многими десятками мегапикселей!
В одном месте на стене обнаружился приличных размеров мурал с изображением план-схемы старого города-крепости.
Подошёл к внушительному залу Сонхвадан (선화당, 宣化堂), во времена Чосон – офису губернатора провинции Чолла (N35.81580° E127.14607°).
Разрушенный во время второго большого японского вторжения в ходе Имчжинской войны (1597 г.), он был восстановлен только в 1771 году, спустя 20 лет сгорел в пожаре и был снова отстроен. Комплекс пережил японскую оккупацию, но не Корейскую войну: взорвавшийся в одном из зданий снаряд разрушил и главный зал. Сейчас же он нов-новёхонек. Для современной Республики Корея, Сонхвадан – символ демократических начал.
После заключения Канхваского договора 1876 года (я упоминал его в записи о Канхвадо) и открытия Кореи для международной торговли, началось стремительное обнищание крестьян и мелких ремесленников из-за роста цен на внутреннем рынке, вызванного массовым вывозом урожая в Японию. На этом фоне обозначилось движение Тонхак («Восточное учение»), основным идеологическим мотивом которого, было равенство всех людей перед правом на личное счастье. В той ситуации крестьяне от счастья были очень далеки, оттого и взбунтовались, начав громить усадьбы богачей, правительственные склады и имущество японских купцов. Именно здесь в июне 1894 года, через тогдашнего провинциального губернатора Ким Хакчжина (김학진), лидером восставших крестьян Чон Бончжуном (전봉준) была передана правительству 12-статейная программа предлагаемых движением Тонхак антикоррупционных реформ в правительстве и государстве. Здесь же был подписан и «Чончжуский договор» (전주화약), ознаменовавший перемирие между восставшими и правительственными войсками. Позже армия восставших отступила из Чончжу, но ими был организован при Сонхвадане (далее и вообще – по всей провинции Чолла) народный орган реформирования местного самоуправления Чипкансо (집강소, 執綱所), взявший на себя ряд административных обязанностей и следивший за выполнением программы реформ. Правительство обмануло восставших крестьян, дальше организации органов местного самоуправления дело по предложенной программе не пошло, но затем последовали реформы года Кабо, заметно изменившие существовавший прежде уклад в сторону модернизации. Другое дело, проведены они были под японским влиянием, что противоречило антияпонским настроениям тонхаков. Но это уже совсем другая история…
Прогулявшись дальше, добрёл (N35.81852° E127.14529°) до гостевой палаты – Чончжу кэкса (전주객사, 全州客舍). Такие гостевые дома, предназначенные для встречи и проживания правительственных чиновников высокого ранга, а также иностранных посланников, строились в каждом уезде ещё с эпохи Корё. Помимо официальных приёмов и банкетов, главный зал гостевого комплекса нёс ещё одну важную государственную функцию. На почётном месте, помещённые на специальные высокие подставки в стиле «тронов», находились символизирующие верховную государственную власть таблички: короля – чонпхэ (전패, 殿牌) и китайского императора – квольпхэ (궐패, 闕牌), перед которыми дважды в месяц проводились церемонии выражения почтения – мангволле (망궐례,望闕禮). Зачитывались здесь и королевские указы.
Во времена Чосон главный зал гостевой палаты стал носить собственное название – Пхунпхэчжигван (풍패지관, 豊沛之館). Посмотрите, какого королевского размера вывеска! Корейские учёные предполагают, что изначальная каллиграфия на пхёнэк (доске-вывеске) принадлежала кисти посла китайской империи Мин — Чжу Цзифаня (朱之蕃), отправленного в Корею в 1605 году императором Ваньли. Чжу Цзифань (1548-1626) был признанным художником и мастером каллиграфии, очень уважаемым в Чосоне. Самая знаменитая его корейская работа — вывеска на главном лекционном зале столичного университета Сонгюнгван, которую, если присмотреться, можно увидеть на современной купюре в одну тысячу южнокорейских вон — там как раз изображён зал Мённюндан.
Чончжу, как место происхождения клана основателя династии – короля Тхэчжо, в названии зала Пхунпхэчжигван аллегорически сопоставляется с родиной и местом становления основателя китайской династии Хань – Лю Бана, императора Гао-цзу. Китайские иероглифы фэнпэй (豊沛), в корейском чтении пхунпхэ, отсылающие к месту рождения (уезд Фэн) и к месту начала возвышения (уезд Пэй) китайского императора, тем самым намекают на совокупное древнему правителю Китая величие и самого государя-основателя Чосона. Аналогичная отсылка использована и в именовании упомянутых выше ворот Пхуннаммун.
Прошёлся туда-сюда по улочке права от гостевой палаты – она для туристов, торговая (N35.81865° E127.14563°). От дождя или солнца укрывает «крыша», изнутри превращённая в длиннющий рекламный экран. В Тэчжоне такая штука масштабнее, так-то.
Картинка на одном из городских домов:
Вернулся в ханочную деревню, поднялся на обзорную площадку, с которой открывается вот такой прекрасный вид:
Находится площадка на крыше здания с рестораном, которое следует обойти слева, где увидите лестницу наверх (N35.81804° E127.15389°). Нужно подняться на 3 этаж в кафе, а с него ещё несколько пролётов по другой лестнице – на крышу.
Прошёл ещё немного улицами «Деревни», заглянул ещё в один маленький музей, даже проще – информационный зал, посвящённый истории самой «Деревни ханок в Чончжу» (N35.81595° E127.15300°). Наверное, стоит начинать именно с него, когда приезжаешь на осмотр «деревни», но я посетил его уже под занавес.
Как туристов, так и местных корейцев (а они те ещё лудоманы), развлекают различные мини-аттракционы. И тут, в «деревне», тоже есть островок лудомании с автоматами, из которых можно (наверное) выудить игрушку, денежку или какой-нибудь ещё приз. Заметно выделялись несколько павильонов с забавной такой беспроигрышной лотереей: «Поймай утку».
Суть в этой игре такова: оплачиваешь «вступительный взнос», а затем с помощью сачка вылавливаешь любые шесть пластиковых жёлтых уток. На уточках снизу снизу обозначена их «стоимость» в баллах, и по сумме баллов получаешь приз. На мой взгляд, при цене игры в ₩10000, призы довольно простенькие (мягкие игрушки, рюкзачки). Где призовой автомобиль?!
На дальнейшие прогулки у моих стариковских суставов не осталось смазки :) Вернувшись на автобусе в свой мотельный квартал, с удовольствием плюхнулся вздремнуть до темноты – устал бродивши.
На одном из домов сфотографировал понравившийся мне знак. Решил сделать такой же для своей подведомственной территории, а то повадились, понимаешь…
Вечером захотелось не корейской еды, а суси. Поглядел в картах Naver – нашлось заведение с хорошими отзывами и совсем близко. Забегаловка крохотная, на задворках, да и ориентирована всё больше на доставку. А суси мне понравились, особенно с мини-стейками из мраморной говядины хану :)
<--- предыдущий пост <--- <оглавление> ---> продолжение --->
