Приступы дурноты и омерзения и о том, как их преодолевать.
Тут вот френд написал историю, как он в судебке в первый раз присутствовал. Ежели кто шибко нервный или там кушает - лучше ни по ссылочке не ходите ни под кат, заранее предупреждаю.
[И тамошнее обсуждение напомнило мне моё голоногое отрочество.]И тамошнее обсуждение напомнило мне моё голоногое отрочество.
Дело в том, что старшая сестра как раз в то время училась в медицинском, и, помимо интересных книжечек с картинками (да вот хоть бы по тем же травмам - до сих пор помню шикарную фотку на весь лист, как человеку половину туловища винтом вертолёта отхватило и все потроха наружу) притаскивала много всяких весёлых историй. Которые, с присущей её цинизмом, рассказывала где угодно. Вот хоть бы даже и за столом.
И лично меня это вот совершенно не напрягало. Ну то есть - совсем. Ложкой суп с фрикадельками кушаешь, а параллельно слушаешь анекдот про паталогоанатомов и гречку. Нормально, чо. А то и сам участвуешь в рассуждении на тему "что может вытечь из человека при повешении".
Вообще, из всей семьи подобные застольные разговоры напрягали только отца. Он прямо бледнел и ультимативно требовал их прекращения. Но, т.к. кушал он с нами редко (много работал), то оные беседы протекали вполне себе регулярно.
Однако, в какой-то момент мне стало интересно, чего это отец так нервно реагирует. Напрямую спросить я не решился, а просто стал думать. И очень быстро додумался, отчего у меня вдруг такая толерантность, а у него - нет. Да и вообще, у других людей как-то не приветствуются такие разговоры.
Дело всё оказалось в том, что я не представлял себе все эти подробности. Разговор одно, а вот наглядного представления в мелких деталях, да ещё с запахом - не делал. Как только начинал - так и у меня еда начинала проситься наружу.
Это очень легко и просто на самом деле - не представлять подробности. Никакой медицинской закалённости не надо.
Честно-честно.
[И тамошнее обсуждение напомнило мне моё голоногое отрочество.]И тамошнее обсуждение напомнило мне моё голоногое отрочество.
Дело в том, что старшая сестра как раз в то время училась в медицинском, и, помимо интересных книжечек с картинками (да вот хоть бы по тем же травмам - до сих пор помню шикарную фотку на весь лист, как человеку половину туловища винтом вертолёта отхватило и все потроха наружу) притаскивала много всяких весёлых историй. Которые, с присущей её цинизмом, рассказывала где угодно. Вот хоть бы даже и за столом.
И лично меня это вот совершенно не напрягало. Ну то есть - совсем. Ложкой суп с фрикадельками кушаешь, а параллельно слушаешь анекдот про паталогоанатомов и гречку. Нормально, чо. А то и сам участвуешь в рассуждении на тему "что может вытечь из человека при повешении".
Вообще, из всей семьи подобные застольные разговоры напрягали только отца. Он прямо бледнел и ультимативно требовал их прекращения. Но, т.к. кушал он с нами редко (много работал), то оные беседы протекали вполне себе регулярно.
Однако, в какой-то момент мне стало интересно, чего это отец так нервно реагирует. Напрямую спросить я не решился, а просто стал думать. И очень быстро додумался, отчего у меня вдруг такая толерантность, а у него - нет. Да и вообще, у других людей как-то не приветствуются такие разговоры.
Дело всё оказалось в том, что я не представлял себе все эти подробности. Разговор одно, а вот наглядного представления в мелких деталях, да ещё с запахом - не делал. Как только начинал - так и у меня еда начинала проситься наружу.
Это очень легко и просто на самом деле - не представлять подробности. Никакой медицинской закалённости не надо.
Честно-честно.