Люди ходят,
штуки и то происходят.
Птицы летают.
ветки трясут. Небо-тире-тает.
Дикий ноябрь. Набери его - я и залаю.
этого и хотела? -
бог - слишком крепкое слово для тела -
по всякой тамошней твоей погоде
даже господь исподен,

нечего тут выкручивать - ручки-тире-крючки,
хочется-издалека, хочется - издалека
солнце сгонять в точечку, ждущую голубка,
втягивающего глаза - скажешь, на всякий случай
--

думаю, мне она не удалась. но пусть мне скажут, в чем тут дело. сразу удалю)

Семь листков у нее было, семь дубовых листков. Все разных оттенков, тогда я еще не знал их, не различал, они лежали в шкатулке тканой, Тинни сделала ее сама и бисером расшила.
А бисер ее, ты знаешь - он живой: и ягодки какие-то, и жучки, и боожьи коровки, мягкие кусочки мха и сосновые иголки, мягкие кусочки облаков и совсем малюсенькие ласточки да колибри. И никто ведь не разбегается, живут там своей жизнью, шевелятся, перешептываются -точно как в гравюрах, в книжках моих.  
Ты ведь знаешь, я никогда не выхожу, и пока не появилась здесь Тинни, был один. От мамы осталось много-много книг, разных, больших и огромных, квадратных или нежных как цветы, и когда переворачиваешь страницы - пальцами нужно не спешить. Тогда почувствуешь - как это: держать истории всякие на весу, будто то ее, оставшееся после мамы платье, я успел его спрятать от папы и новой тогда мамы, оно ведь почти невесомое, нежное и пахнет ее улыбкой.
Они все без текста, книжки, там картинки, гравюры. Одни картинки, но их столько, что не устаешь разглядывать: кто же сумел так выдумать, исштриховать, влить сюда целые миры!.. - Там всё: корабли, и крутящееся солнце, и диковинные животные, цветы и рыцари, красивые женщины и сказки..
Стена-то единственная в доме здесь. А потом вот - Тинни, она сразу его нарисовала, окно в стене, я рассказывал уже - и действительно, часть стены стала прозрачной и живой. Там совершенно другая жизнь - в этом окне. Не знаю уж, как она процарапывала своими иголками - такие же вроде бы картинки, но Тинни научила меня смотреть, и они действительно живут - вон как..
А потом она узнала, что вижу всё черно-белым, и достала семь дубовых листков. Ладно, лучше о другом.
Расскажу, как впервые встретила тогда желудя, и как всё было.
У нее лучше - истории всякие, глаза ее радуются, иногда влажнеют, она умеет смеяться, и пальцы ее умеют говорить лучше губ.. - ну ладно.
Это было "когда я гуляла под деревьями". Он был красивый, конечно, юный, с гладкой-гладкой кожей. Нежной, сказала Тинни.
Они разговаривали, и гуляли, и он знакомил ее с друзьями, и привязался, и даже не мог уснуть без руки ее.
А время шло, и она хотела, чтоб он вырос, и стал красивым и самым сильным деревом. А он то ли не хотел, то ли что. Звала вымокнуть вместе под дождем - а он не хотел. Тогда Тинни срезала длинные-длинные свои косы, и сплела невод, и приводила облака - разные, чтобы выкупать его - а как иначе жить, без корней-то, без кожи, пусть и шершавой уже - а прижмись к ней спиной, или хоть ладонь.. - и можно говорить или молчать или слушать.
Так и не вышло.
А потом Тинни, когда стояли мы с ней на мосту (ну, она вот так выгибала ладонь - вот так - и мост), мы стояли, прижалась ко мне и сказала (даже не похоже на нее), что я не похож на принца. И даже уважительно как-то. Почему? - потому что мир жестокий, а ты даже не научился никого пасти. А принцы - они только из свинопасов получаются. И потому, что умеешь считать до 100. Правда, они потом горько жалеют, ну да это другая история.
Знать бы, о чем это. Пасти - не умею, да. 
А потом.. - потом носились, смеялась, и ездили на лесенке, чудные пальцы у нее - хоть лесенкой выстроит, а живой, и чего только не могут они.. И ночь пришла в окно к нам, и Тинни вдруг показала мне новое свое платье.
Она другой будто стала. сказала: хочешь новое покажу. Отвернись. Отвернулся. Никогда не знал я, что такое грохот внутри, как оно - кипит и выпрыгивает, как сохнут быстро губы, и горлу тяжело. Повернись.
В лунном платье была Тинни, в платье из лунного света. Оно живое. Долго это очень, и долго рассказывать, не хочу я...
Так вышло, что проговорили потом всю ночь, в самой темноте. Кто ж знал, что пришел уже мир ко мне - цветным, а и не знал еще; кто потянул - сказать: я знаю теперь, что такое счастье.
Да, сказала Тинни. Почему же грустная ты? Помолчала немного. Понимаешь, говорит, ты ведь не знаешь цветов, они живые, цветные.  А уберечь счастье, спрятать в руках - принцам только и доступно. Но дело-то в том, что распускается оно - счастье его - пусть и в красивый-красивый цветок - и у принца, если хочет его только для себя, в сундук упрятать-  отрастают когти на руках, и превращается принц в чудовище. Потому что цветам не нужно так, не могут они. Им - радовать бы весь-весь мир, пусть и недолго, а радость - больше, чем счастье для одного, понимаешь?..
Но ты ведь не принц.
Вот и нет ее. Остались 7 дубовых листков - разных, цветных - вон там лежат да шепчутся про Тинни.
Ладно, спи, поздно уже совсем
--

Да, я только вот узнал, что Сергей (Serp на стихире (он скромный, и удалил стр., но найти можно), , или деревенский_дурачок, как он тоже представлялся)  - умер недавно.
25го, как сказали друзья Процитирую Е,Е, - "его песни исполняли Алла Пугачева, Кристина Орбакайте, Андрей Мисин, Лайма Вайкуле, Татьяна Буланова. Группа «Автограф» в альбоме «Каменный край» спела восемь песен на его стихи. Сергей Патрушев сотрудничал с Валерием Сюткиным («Семь тысяч над Землей» и др.), «Браво» («Однажды» и др.), Андреем Мисиным, Александром Маршалом, группой "Скит" и др."

я о стихах. их много, особенно о небе - потрясающий человек! как жаль, говорят, мы как-то были рядом,  а вот не познакомились - и прошло что-то огромное рядом. До слёз. Вот же - огромное было рядом. пишем, мним что-то. мним, мнём, мним. а тут - настоящее! если б мог - я бы тут с десяток великих его стихов поставил.
но те, что мне нравятся - и где-то сохранились - даже поостерегусь, они скорей подойдут Мартинке в джорнэлс.ру, там вставлю немножко. тут - одно. Прочтите, пож-та, это не может не тронуть. если - душа, или там сердце

Я люблю человека, которого нет.
И не жгу до утра ослепительный свет,
Не гадаю на картах и воск не топлю,
Нет его, и за это
Его я люблю.

И болтаюсь, как дверь, на петлях-бубенцах.
То откроют меня, то захлопнут в сердцах...
Все проходят насквозь, кто во тьму, кто на свет...
Я люблю человека, которого нет.

Иногда он мелькнёт то во мне, то в тебе...
Он во многих живёт, но живёт он нигде,
На песке, на снегу  оставляя свой след...
Я люблю человека, которого нет.

За всю жизнь я встречал его несколько раз,
И с тех пор не могу позабыть этих глаз,
Этих слов, что услышал однажды в ответ:
- Все любили и любят того, кого нет.

Ночью шепчет мне темень: - Пойди, поищи...
И свеча на окне, догорая, трещит.
Но шепчу я, прищурясь на гаснущий свет:
- Я люблю человека, которого нет.

(с) Сергей Патрушев

короче, время кипит. надо б вернуться, что-то доделать.
я, если можно, буду мучать вас.
кто вычркнет - его право. и спокойно отношусь, что не будут читать/говорить. не для того.
пусть будет - как будет.

(одно но: комп сбоит, да и я за эти 7?8? лет позабыл, как коротить посты. ну да найду.)
начну с Тинни.

1. Сказочка (это прозка, ну так вышло)
Тинни чуднАя, и когда мы встретились - она играла с желудями.
Уж не знаю, почему именно про это рассказываю, но играла, да.
Есть у нее специальный домик, в нем-то она их и прячет, и вот однажды вечером (уже когда мы встретились), она и сказала: можно я поиграю с желудями?
Так и началось.
Так я узнал, почему растут грибы, мосты и зачем плавать, и как встречаются и зачем расстаются, как надо смотреть на облака (вот так, сказала Тинни, прижала рукой шляпку и улыбнулась потолку, и желудь сделал то же, и улыбался тоже, и кроме пляшущих от свечи теней потолком побежали_поплыли неясные всякие фигурки, и так здорово схватывать их, угадывать,..ну да) - многое узнал я ("о жизни" - важно говорила Тинни), и вот однажды она сказала: а хочешь, покажу поезд?
Времени-то много уже прошло. Много, сколько-то целых дней и ночей. И уже осень совсем, а если учесть, что Тинни призналась, что родилась летом, то совсем уже взрослая, считай.
(А надо сказать, была она чудо как хороша, тогда еще, вчера, носила черные волосы, аккуратно стриженные до ключиц, и любила ими взмахивать, когда глядит - прямо в глаза.. А уж как глядит!! - это и сказке не стерпеть никакой, и потом как-нибудь расскажу.) Раскраснелась вся, шляпку отложила - ну как такой отказать?
(и резиночку с волос - то снимет, то наденет. Вот и тогда - обернула вкруг ручки-запястья - ну откуда ж берутся такие? Ладно))

Обрадовалась: поиграем, а потом, говорит, сказку тебе расскажу. Отчего ж не послушать сказку.
Поезд (откуда она слово такое знает?) был длинным, зеленым желудем. Вывела она его из домика, пахнуло маслом (ага, розы молчаливо кивнули, кто бы сомневался). Голова его была вытянута вперед , гладкая, хищная, и я немного испугался за Тинни. Она же оглаживала его морду, шептала, прятала губы за правой его щекой. В желуде-поезде было проделано много-много глаз - и спереди, и по бокам, и даже сзади, "где тамбур", объяснила. Я подглядывал ночью, как долго возилась она, прорезывая их (хотела, видно, сюрприз сделать) иголками.
Иголки у Тинни - предмет гордости (впрочем, я и не знаю, чем не гордится она) - они все разные, непохожие, длинные и короткие, блестящие или тусклые - всякие. У каждой было имя, я их не знал (Тинни разговаривала с ними тихо, когда играла. Или когда рисовала на единственной нашей стене прозрачный пейзаж. Сейчас там было почти темно, чья-то ветка , переминаясь длинными пальцами, говорила с нашими цветами, и бежали тени облаков, Тинни же научила меня, как на них глядеть - вот и бежали).
Итак, я не знал имен почти никаких, а это плохо, говорила Тинни. Потому что никого не зная по имени - как же ты сможешь его оживить? Вот и молчун потому - и волосы мне ворошит, и колышутся тени от свечки, и недопитый чай ее зеленой каемкой внутри чашки шатает, и пальцы Тинни родной шепчут что-то, сказки, и хоть бы что-то могло устоять, чтоб зацепиться глазами, а не обмирать, не валиться внутрь!!
Ну да, поезд.
Глаза светились его и поблескивали матово. Тинни сказала, что это крылышки стрекоз. Подобрала. "когда я гуляла под деревом."
"а ты не знал, что стрекозы, повзрослев, сбрасывают легкие, слюдяные свои? - (странно, был такой Икар - вот он знал. Но о нем потом) прежде, чем превратиться в птиц, или в самолеты, или вернуться обратно в листву - не видел будто, как листья трепещут?.."
Как я мог видеть? ну как? (И так-то переживаю, что ниток для Тинни не купить: денег нет у нас совсем. А ей что: "зачем они нам", безмятежно - вон ночью сколько денежек, только выгляни! - ага! - и смеялась, радость. Всегда что-то прядет/плетет. То паутинку, то траву какую распустит, то листья кругом обметывает и кругом их на полу укладывает, собирает - в платье.. А мне - мне мечтать про хоть что-нибудь крепкое, не воздушное: клубки бы какие-нибудь, шпульки, катушки.. Про то, что не умеет упорхнуть..)
Ладно, сейчас доскажу, хотя как-то настроение съехало моё..
Пойдем, говорит, внутрь, прокатимся. Привык уже, не удивляюсь. Пригнулись, вошли за руку. Там, в поезде, конечно, темно, но это ведь Тинни, она светится. Люди поездные обрадовались, конечно, а вы далеко едете, мы только до следующей станции, а может, вы с нами побудете дольше, нет, нам надо будет уходить..

Потом мы ехали в поезде, и всякие взаправду бывшие волшебства бы рассказать.., если смогу - потом.
Главное - разговор наш. Тинни сказала, что ей этих людей немножко жаль. Почему? Потому что они здесь всегда, едут - едут, и никогда не умереть. Почему? Потому что они только на всех глядят вслед, провожают глазами, и не успевают привязаться, и уезжают ото всех. А когда привыкнешь терять, и не успевать жалеть - то и умирать отучишься.
Тут она заплакала, теперь уже знаю почему, а я больше не хочу рассказывать пока.
Ложись, спи.

а повесь мне рюкзак
по-за плечи из рук
а повисни -
висючки
из рук по бокам

предыдущие ласточки -
выберу
оплеухой
твоим и моим
богам

привяжись мне -
босую себя -
чтоб гулять
чтоб гулять опираясь в тебя – короли

нам не коротко, некогда
нам открывать:
будем ли?
были ли?

нарисуй мне оранжево
ловок твой кий
как с востока взмывает
шарик-беда

это зависть:
цветок подзывает кисть
ах веревку бы мне -
я-то
маленький

а потом повяжи мне
как надо темнеть
как гуляет в тебе темнопало вода
я входил сюда
я приходил сюда
просто лягу -
и мною траве
прорастать и болеть
да
--

Край - это еще фигня. Географическое что-то.
Происходит, видимо, закрай, и пора б об этом рассказать.
А то не поспею.
По ту сторону. Смерти. Ага. Это точнее. И не надо тут прихлёбок. издёвок. жалёнок. мне пофиг.
Попробую что-то успеть порассказать о последних двух с четвертью года.
"голый и обобранный до нитки".
Никак по возможности не обижая людей.
хотел сказать милых мне. дорогих.но просто людей - наверно, большее слово.
А теперь то, что

моя смерть не нужна ни тебе ни другим ни природе
я прошу тебя только вернись разберемся потом в пустяках
никогда никого не заманит забытая прорубь
если тянет наверх а не вниз
кто еще догадался, что страх

не блестящие крылья не скрученный строп парашюта
не убитый костыль не объедки с чужого стола
кто кому опостылел достаточно глупая шутка
поснимаем посты
я хочу чтобы ты
не ушла
--

и еще кусочек
:
ты моя зеленая поляна
мне бы только до тебя добраться
если мои крылышки дотянут
если я не поверну обратно
я с тобой как маленький ребенок
голый и обобранный до нитки

http://www.stihi.ru/2002/06/11-775

И, простите, не люблю двоить ссылки из джорналс.ру (туда тоже процитировал о восторга).
Но эти - надо ж. Особенно про 31е - угадать!.
***
можно ещё  выколупывать медь из палёных плат
хватит на все оставшиеся дня три
легко говорить смерть смерть      а поди помри
тут же кто-нибудь и припомнит    сам виноват
ты согласишься

только один    или двое
темно промолчат    одна или две поплачут
так чтоб никто не видел

сосчитал по осени всех своих чад    зайчат волчат
чуть помедлив боясь плагиата    немедленно выпил
ну и всё              вроде бы

оставшиеся дня три      пройдут по морозцу    быстрому
и без боли даст бог          даже если вдребезги
сам же всегда хотел посмотреть   что всего внутри
всего ничего
птицы  деревья  дома  человечки  ветер  грязюка  снег  пыль
иногда просветы    чаще пробелы паузы пропуски

***
полнОчи вполнеба к северу от меня
зарево вздрагивало
осыпалось тут камышовым пеплом
холодным
утром в пасмурное    тридцать первое

утром всё думал    что-то не так
потом дошло:
петухи всю ночь молчали пришиблено
и ни одна собака не гавкнула

весь день делал вид что чем-то занят
не знал      собирать вещи или зачем

утром белая цапля
вполнеба летела навстречу
так низко
что слышно было
как повторяет она про себя:
любить надо было больше любить

***
провожаемый должен молча смотреть в окно      за окном дОлжно
бысть вечеру  провожающим  чтоб не страшно   но впредь не повадно
бысть грачам на полях искоса   мыслям дачтожтактошно
без слов   ну не то чтоб совсем без слов   а просто забыл      и ладно

провожаемый вправе забыть слова переврать мотив с пути сбиться
понемногу в чёрном окне отражаться  самому себе провожатым
ни живым ни мертвым ни сном ни духом никем никаким ни птицей
небесной   ни гадом ползучим   не ви но ва тым
---

даже если встретимся   если встретимся      мало ли
меня и не вспомнишь    или сделаешь вид что не узнаёшь
точно паруса проблески в тёплом тумане марлевом
или ночь свою нежность никчёмную прям как ёж
прячет   стоит руку к ней протянуть    фыркает    пятится
или дождь переспелые вишни или ноборот
это я никого не вспомню всё кажется   пятница
и завтра уже никуда не идти    не надо    не просыпаться      вот
---

и ещё одна    маленькая совсем    третья в пятом ряду совсем одна
с короткою стрижкой      со страхом во все глаза
на фоне дождя вот-вот закричит    я совсем одна
мне осень ясна что скрип деревянного колеса
что звон заржавленной цепи  сквозной воды
я буду тонуть      а ты отвернись будто бы и не ты
--
с

2 года не бывал. Комп дохнет - скорее, чем я.
смех. хотел чо-то смешное, а вот опять на стишки потянуло.

Стихи Вика:

друг мой странный друг ядрёный беспробудный год подряд
наливается креплёным словно солнцем виноград
он в трубу дудит в полсилы сам не ведает того
где шатало где носило шалапутного его
помню старая цыганка под бряцание монет
мне скребла судьбу с изнанки и его сказала нет
в год уже давнопрошедший как Бальмонту нечет-чёт
он совсем как сумасшедший мне свалился на плечо
у него глаза коровьи но меня не видит он
сколько боли сколько крови говорит со всех сторон
и опять душа несётся в рай ликёрный разливной
он то плачет то смеется то с ножом идет за мной
я шепчу ему придурок хватит пить пойдём домой
это я тебя придумал мой хранитель ангел мой
ты в созвездьи водолея станешь пчёлкой божьих сот
если я не пожалею кто ещё тебя спасёт?
--

И не такие уж давние мои:

муравьиной светлой тропкой
сквозь иголки-облака
под уздцы гурьбой веревкой
муравьи ведут жука

желтый жук парализован катится покорный шар
в нашей комнатке не страшно в нашей комнатке дышать

им успеть бы до заката до закрытия метро
только им закон известен муравьиных светлых троп

(я не буду ты не будешь мы не будем никогда
нам мерещится посюда муравьиная вода
лапки смычки пальцы тени перекладываем груз
кислота прикосновений обжигающий укус)

будто на глубоководье рыба надевает рот
так глотает муравейник закрывается проход

(я не буду ты не будешь мы не будем ни за что
больше меньше не отсюда принесите мне пальто)

муравьи? - пути их млечны
остывает тело-шар
(я не буду ты не будешь
мы не будем – чуть дыша
--

Пора.
Говорить что-то, что ли.
ну начну со стихов мы рождаемся наверно с ними на губах.
просто ее стихи - их надо как-то впитать. и больше чем стихи.
дело не в названии. И. не состязание. унисон.

Люди, которых люблю. Они далеко. 850 км.а я никак, никак без них. КАк такое могло случиться, зачем?
бред какой-то. бред.
как рыба на берег. хлебаю воздух - а нет.

вот стиш - чужой.
ОЛьга Подъемщикова

* * *

И был у меня муж.
И  был у меня друг.
И было родство душ.
И было тепло рук.

И был у меня дом,
а в доме всегда тишь.
И были цветы в нем,
котенок, щенок, чиж.

И в доме жила дочь,
и дом был к ней так добр.
И даже когда ночь,
нестрашным был мой дом.

В том доме всегда свет
и детская  воркотня.
В том доме меня нет —
пойди, поищи меня.

И  там, где был муж — мрак,
и там, где был друг — враг,
и там, где был дом — дым,
и я улечу с ним.

--

никак без Асика. никак без Анюты.
может, и родился только затем, чтоб им- отдать.

 

http://foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2425/2477.html

Вот такое чудо у нас.
Ангел.

пытался уехать к ним, никак совсем. и прежде билетов нет, и в день отъезда нет.
народ на Московском вокзале одуревший, толкаются, запах пота в очереди к кассам. Все рвутся на курорты - там похолоднее.
А я хочу во Владимир ( ну так судьба сложилась, что они там, а я здесь. Глупость какая-то) повидаться, сесть рядом: "книжку читать", и елозит, и прижимается боком маленьким своим от счастья: будем книжку (энциклопедии любит больше всего) читать, и смотрит иногда рядышком, глаза в глаза - глубоким таким взглядом, что видишь: она ВСЁ понимает.
как перед богом.

дай ей бог счастья. что бы ни было, как бы ни было.
и Анюте. Она светилась буквально, когда носила-вынашивала (слово-то какое хорошее!) радость нашу.

Как же они далеко!
поеду все равно, на исходе недели. хоть на пару дней.
хорошо бы ехать, зная уже о новой работе. Чтобы говорить уверенней, чтобы не стыдиться взгляда.
ищу, рою. обещают.
может, еще кто поможет? я ведь много чего могу.

Поздравьте мысленно Асика, порадуйтесь за нее.
она и вправду чудо

1. Асику 3 года послезавтра. А билетов нет, нет, нет. Уеду все равно. Хоть бы и на вокзале там (мест в гостиницах тоже нет), зато дождаться повидаться. 900 км по жаре - сдюжить бы.
2. Френды дорогие! ищу:  работу (или здесь в СПб дорогую, и лучше б по 10-12 часов, чтобы ездить на неделю туда
,, или удаленную - тогда уеду во Владимир, буду там снимать, видеться), денег взаймы (сорри, но приперло).

Образ жизни веду прескромный, живу по 2-3 дня в разных местах. Там, где снимали 3 года - на Голикова - ремонт, но пустят ли обратно - вопрос. Куча вещей, мебели и пр. Задолжал, так вышло, за месяц.

((Эх.
жизнь сломалась 30го ноября, и главное - ниоткуда. без причин. на всем скаку.
как жить, когда - не для кого?))

Да, личный пост Дрянной. Но - буду постить раз за разом.
как-то надо вылезать

Ищу работу, фирма схлопнулась. Очень прошу помочь, френды дорогие.
Работал за годы и директором, и замом, и отделом продаж, и развитием.

ОЧень надо мне работу новую.
Девчонки любимые мои уехали во Владимир, к маме жить. Уже 7 недель как.Не знаю почему, не понимаю.
Жили хорошо 6 лет, и столько счастья - Асик и Анюта! а тут - внезапно, бах - и вещи отправлены, поезд, дочка заплакала: папа разве не с нами? 

foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2425/2477.html

Езжу, вижусь, гостиница, бред  Не понимаю.
Со съемной квартиры съезжаю. Не на что.

Помогите, если кто может, с устройством.
Я ж себя поедом ем. И без них, без дочки особенно не могу.
Она меня очень любит. И я.

Простите, если пост вышел как-то не так.

http://foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2425/2478.html

еще одна:

http://foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2314/2315.html

асенок

http://content.foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2210/i-2238.jpg


http://foto.mail.ru/mail/annabelle.bm/2210/2256.html

Асенку 11 месяцев.
ездили в Евпаторию на 2 недели (самолетом, маленькая она), подлечился диатез (т-т-т!).
вот.
фотки выставлю, обещаю. 
(зато чудо-то какое! хулиганскина)

ГЛАВНОЕ!
ищу работу. 5 мес. денег не платят, фирму закрываем. Директор, а никак.
Френды! надо! 
снимаем мы жилье, так вышло. Так что - не меньше 45.