Мистика (2)
"Капиталистический рынок похож на большую (и красивую) воронку, прожорливо засасывающую в себя всё живое", — заметил ocipete в комментариях к предыдущей записи, и очень он был прав, что доказывает ( новая мистическая картинкаCollapse )

(Comment on this)

О пользе мечтаний
The central nervous system doesn't distinquish between actual and imagined events; it responds to all images as if they were real (?). Visualizing yourself performing perfectly and achieving exactly what you want is a proven way to reach peak performance.

А мне с детства воображение не повиновалось, ничего не мог представить вполне благополучно. Очень быстро события начинали развиваться не так, как задумано, причем отклонения были всегда, почему-то, в сторону самого катастрофического сценария, или самого абсурдного, и никаким усилием воли нельзя было удержать желаемую картинку.

(6 Comments |Comment on this)

Мистика
В книжке про анализ финансовых рынков с помощью числового ряда Фибоначчи действенность предлагаемого метода доказывается ( следующими картинкамиCollapse )

(7 Comments |Comment on this)

Читатель (2)
Барт: "Критике классического толка никогда не было дела до читателя; для нее в литературе существует лишь тот, кто пишет. Теперь нас более не обманут такого рода антифразисы, посредством которых почтенное общество с благородным негодованием вступается за того, кого на деле оно оттесняет, игнорирует, подавляет и уничтожает. Теперь мы знаем: чтобы обеспечить письму будущность, нужно опрокинуть миф о нем - рождение читателя приходится оплачивать смертью Автора". Ну, а чего мудрить, надо прямо и говорить: входит Читатель, убивает Писателя. Как раз сюжет из уголовной хроники получается (т.е. прямо по тексту — "почтенное общество с благородным негодованием" итд).

(Comment on this)

"Талант —
это именно и есть удлиненный период внимания", — неплохо, по-моему, Станиславский сказал. А главное демократично: всего-то, удлиненный период, подумаешь.

(Comment on this)

Простое и сложное
Наткнулся на описание эксперимента, посвященного выявлению подсознательных установок в процессе мышления, который в принципе ничего нового не открывает (ясно, что такие установки существуют), но конкретные результаты его меня поразили. Испытуемым предъявлялись задачки следующего типа:

Имеется три сосуда емкостью в 21, 127 и 3 л. Как с их помощью отмерить 100 л воды? (Решение: наполнить самый большой сосуд, а затем отлить лишнюю воду с помощью маленьких: один раз 21 л и два раза по 3 л.)

После успешного решения 5-6 аналогичных задач, участники эксперимента получали резко упрощенные условия:

Имеется три сосуда емкостью в 23, 40 и 3 л. Как отмерить с их помощью 20 л воды?

Очевидно, что проще всего взять 23 л и отлить лишние три. Однако испытуемые делали иначе: брали 40 литров, выливали 23 и добавляли 3. Ну, это ладно. Но дальше!

Имеется три сосуда емкостью 3, 64 и 29 л. Как отмерить с их помощью 3 л воды?

До 85% участников предлагали налить 64 л, взять из него два раза по 29 и один раз 3, чтобы получить требуемые 3 литра. Специальные предупреждения быть внимательным и не допускать нелепых решений не меняли результатов. На этом месте вспомнился анекдот про математика, которому нужно было вскипятить чайник — вот ведь где правда жизни.

(2 Comments |Comment on this)

Еще про ассоциации
В связи с предыдущим постом вспомнил читанную около года назад статью про ассоциативные поля как средство исследования национального менталитета. В качестве промежуточного вывода там: «Если у испанского языкового сознания "голова" ассоциируется с волосами, то у русского она прежде всего "болит"». Словарь подтверждает: «Голова — болит 66; умная 43; садовая 23; светлая 18; пустая 12».

(3 Comments |Comment on this)

Диалогичность
Читая "Русский ассоциативный словарь", обнаружил забавное. Словарь составлен по принципу "стимул-реакция": испытуемым (студентам в данном случае) предъявлялось слово, при виде которого они должны были написать то первое, что придет в голову. Типа "Петр — царь / император / великий" или "Миша — косолапый / Горбачев / медведь". Реакции ранжируются по частотности. Так вот, среди самых популярных реакций на стимул "дурак" оказалось — "сам дурак", а на соседнюю "дура" — "ты" (это все при заполнении анкеты, ср. "дурочка — Снегурочка").

(Comment on this)

Смысл
Явно не последнее дело филологии — объяснение смысла конкретных текстов. Но что при этом понимается под смыслом (и неоходима ли вообще формализация понятия? с точки зрения критериев научности, казалось бы, да)? Лингвистика не стесняясь говорит: смысла не существует вне когнитивного пространства читателя (или писателя). Исходя из этого, без человека текст — мертвый набор знаков, а когда появляется человек, он приносит с тобой массу внешних (экстралингвистических) факторов, не содержащихся в самом тексте, но влияющих на его восприятие. Филология же, напротив, будто бы стремится устранить личность как нечто необъективное и рассматривать текст сам по себе. Ср. "за поэта слова сами думают", "первое право поэта — не понимать того, что он пишет", недоверчивое отношение литературоведов к авторским интерпретациям ("мало ли что он говорит, главное что в тексте написано") итп. Взять у того же М.Г.:

Текст ведь тоже тоже точка пересечения социальных отношений, а мне хочется представлять его субстанцией и держаться за него, как за соломинку.

Филология хватается за текст, а лингвистика говорит: объективного смысла там нет и не может быть. Каков ответ?

(Comment on this)

Читатель
М.Л.Г. пишет:

Литературовед не может быть писателем и вместо этого реконструирует исследуемого писателя. Но, сказав А, нужно сказать Б: чтобы он не хотел быть читателем и вместо этого тоже реконструировал читателя.

В общем смысле я это понимаю — как продолжение идеи самоотрицания исследователя, согласно которой надо отключить интуитивное восприятие, отрешиться от индивидуальных ассоциаций итд, т.е., собственно, не быть читателем. Но вот кого конкретно предлагается реконструировать? Какого читателя? Современника автора? Но ведь современник современнику рознь, всегда можно в одном поколении найти тех, кто будет истолковывать один и тот же текст совершенно по-разному. Тогда, может быть, читателя, адекватного автору? Но откуда мы можем точно узнать, каким видел автор своего читателя (и вообще представлял ли он его себе в процессе написания), тем более во время чтения? Не понятно. Может быть, лучше не пытаться никого реконструировать и просто отбросить этого самого читателя. Есть ли ему место в филологии?

(3 Comments |Comment on this)

Скорость мысли
Недавно придумал причину фатальной переоценки мной собственных возможностей: во всем виновата ущербность языкового сознания. Для меня выражение "со скоростью мысли" всегда означало — "почти мгновенно". Следовательно, как бы подразумевается, все, не требующее физических действий, в принципе возможно совершить в сколь угодно сжатые сроки. Не получается? Плохо стараешься! <...> В общем, во избежание дальнейших недоразумений, предлагаю изменить словарную статью следующим образом: «Со скоростью мысли — т.е. очень медленно».

(Comment on this)

Сходил
на вчерашний концерт Щербакова (см. m_sch). Совсем нового спето не было, но в целом свежего было немало. Песни последних лет, помимо всего прочего, исполнять безопаснее: публика не предпринимает попыток, по кспшной привычке, подпевать (желающие не знают слов?). А вот "Вишневое варенье", "Трубач" и пр. сопровождались своеобразным эхом из-за спины. Впрочем, дело не только и, наверное, не столько в хронологии, сколько в самих текстах. "Баб-эль-Мандебский пролив", вероятно, пели бы хором?

(Comment on this)